![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
"Just finished my taxes. I owe Somalia $5,000."
«Если вы попробуете налить воду в шланг, как показано на рис. 4.8, то из другого его конца не выльется ни капли. Да и влить вам удастся очень мало. Почему?»
С детства запомнил эту картинку из книги Дж. Уокера «Физический фейерверк», которая была у моего отца. Шланг нигде не перекрыт, но всего несколько витков достаточно, чтобы вода через него перестала проходить. Это, мне кажется, важная метафора для управления.
С детства запомнил эту картинку из книги Дж. Уокера «Физический фейерверк», которая была у моего отца. Шланг нигде не перекрыт, но всего несколько витков достаточно, чтобы вода через него перестала проходить. Это, мне кажется, важная метафора для управления.
Сбылась мечта каждого отца! Я услышал "Dude, teach me!"
Вчера учил сына и зятя своей профессии. Рассказывал как делать дизайн баз данных.
У меня пять детей, только младший сын пошёл по моей специальности, сейчас на втором курса университета. Зять начинал учиться на фотографа, но переквалифицировался в Data Analyst. Закончил, получил тестовое задание, попросил помочь. Сын тоже поучаствовал, задавал вопросы.
Picking the worst state for tax policy usually means reviewing the foolish policies of states such as California, New York, and New Jersey, while contemplating the relative damage of levies such as personal income taxes, corporate taxes, and sales taxes.
Depending on how the different variables are weighted, there could be different answers.
But what if we want to know the state going in the wrong direction at the fastest rate?
In this case, there’s no ambiguity. The state of Washington has suffered a catastrophic decline in competitiveness over the past 15 years.
But state lawmakers are not content. They apparently want to make the tax system so bad that Washington becomes the worst of the worst.
Here are some excerpts from a recent Tax Foundation report by Jared Walczak.
In Washington, which had no income taxation until recently, many high earners could face the highest combined state and local top rate in the country—18.037 percent (split across employer and employee)—if lawmakers adopt a new proposed millionaires’ tax. …Governor Bob Ferguson (D) announced his support for percolating legislative proposals to adopt a 9.9 percent income tax on income above $1 million.
Such a tax would make the state increasingly undesirable for high earners, particularly in the state’s crucial tech sector. Washington already taxes high earners’ capital gains income with a 9.9 percent rate on capital gains income above $1 million (7 percent between $278,000 and $1 million), and both the state and the city of Seattle have payroll taxes that create significant additional tax burdens on high earners and their employers. …a tax this aggressive would do real damage to Washington’s economy, sending jobs and economic opportunity elsewhere. In particular, for significant swaths of the state’s tech sector, already the target of anomalously high business taxes, a 9.9 percent income tax could prove the last straw, driving any subsequent expansion to other states, and quite possibly taking existing jobs with them.
When you also add in various payroll taxes that apply to income, the Evergreen State would have one of the nation’s worst tax systems.
But some unlucky residents of Seattle would have the dubious honor of enduring the nation’s highest tax burden on income.
Though I suspect Seattle would no longer be home to many rich people and the state of Washington doubtlessly suffer a loss of entrepreneurs, investors, and business owners.
The Wall Street Journal definitely is not impressed. Here are some excerpts from a recent editorial.
Amazon billionaire Jeff Bezos may have seen the tax increases coming in Washington state when he moved to Miami two years ago. And he got out just in time as Democrats who run the Evergreen State—once a low-tax refuge—pursue a new tax-and-spend ratchet.
…Revenue hasn’t kept pace with the 60% surge in spending since the start of the pandemic, despite many tax increases. …Mr. Ferguson’s millionaire tax would slam small businesses organized as pass-throughs. Their owners could be forced to pay a 9.9% charge on income that flows through to them, on top of taxes that the businesses pay at the firm level on their gross receipts. Washington has lost 16,000 small businesses in the last five years. Do Democrats want to lose more? …Democrats in Olympia face stiff competition from the likes of New York, New Jersey and California. But at their tax-and-spending pace, they are making a run to the tax bottom.
Please note that the real problem is that the spending burden surged by 60 percent. This is what is driving the greed for new taxes (along with the hate-and-envy ideology).
Mark Harmsworth of the Washington Policy Center is worried that further tax increases will negatively impact the state as successful people emigrate.
Washington state, a beacon for innovators and entrepreneurs, is witnessing a troubling trend: a steady outflow of its wealthiest and most entrepreneurial residents. High taxes, burdensome regulations, and an anti-business climate are pushing the wealthiest and high-earners to sunnier, lower-tax havens such as Nevada, Texas, and Florida.
…Washington lost a net 222 high-earning millennial households (incomes over $200,000) between 2021 and 2022, the eighth-highest loss nationwide. By mid-2025, a follow-up report showed wealthy Gen Z-ers fleeing even faster, with Washington second only to Illinois in net outflows of affluent young professionals. These aren’t isolated cases; they’re symptomatic of a broader flight fueled by policies like the 2022 capital gains tax and looming wealth tax and income tax proposals. …anecdotal evidence and migration stats show the biggest fish swimming away. The capital gains tax raised $1.2 billion, but at what cost? For every dollar collected, the state risks losing billions in economic activity from departing innovators.
What’s amazing is that some folks on the left are whistling past the graveyard.
Here’s a tweet from the Seattle Times that wins a prize for self-deception (see here and here).
Adding insult to injury (or, to be more accurate, adding injury to injury), there are other simmering tax increases.
Here are passages from a story by Jerry Cornfield in the Washington State Standard.
Democratic state lawmakers are once again eyeing a statewide version of a Seattle tax on companies with large payrolls and high-paid employees. Proposed legislation crafted by Rep. Shaun Scott, D-Seattle, aims to raise more than $2 billion a year.
…It targets private employers whose workers earn more than $125,000 a year. It would impose a 5% tax on payroll expenses above that salary threshold. Companies with more than 50 workers, payroll in excess of $7 million and gross receipts of more than $5 million would pay the tax, he said. Businesses may not deduct from employee wages to pay this tax. …Roughly 4,300 businesses would be covered, he said.
I’ll close with a bit of irony. As rich people and big employers leave the state, one indirect effect will be that Washington will become more equal (that is an automatic consequence of shedding population from the top-1 percent).
This should make folks on the left happy. But only because they are wearing ideological blinders and don’t realize that the net effect is to make everyone else in the state poorer.
I tried to warn them more than 10 years ago, but my words fell on deaf ears.
As such, satire will become reality.
P.S. While Washington is galloping in the wrong direction, California is also trying to make sure it deserves the prize for America’s worst tax system.
Обновил профиль определенности и навигации ради — добавил ссылки на записи и публикации.
Мирсовет
Ещё один повод для повсеместного бурления говн — создание Мирсовета (то ли уже состоявшееся, то ли вот-вот грядущее в Давосе). В наших краях почему-то озаботились тем, что Предмирсовета кооптировал туда янычара и катарина. Гевалт! Теперь орды янычар и катар ворвутся в Газу и пожгут тамА если подумать? Мирсовет (по крайней мере в его нынешнем эмбриональном состоянии) не подразумевает никакого коллективного механизма принятия решений. "Государь указал, а бояре приговорили". Наоборот, можно себе вообразить кислые морды янычара и катарина, когда Предмирсовета будет и от их имени в частности издавать свои указы про Газу. С изрядной долей вероятности они скажутся хворобыми в дни заседаний Мирсовета: это ж как ходить на партсобрания и голосовать за выдвижение Леонида Ильича на должность Генсека в преддверии очередного съезда КПСС. Я запасся театральным биноклем.
А то, что родится (скорее всего) в Давосе, будет восприниматься как элитный фан-клуб сторонников Америки в пику постылому ООН. В отличие от ООНовской импотенции, убедительно продемонстрированной последними десятилетиями, нынешний Предсовмира вполне себе бодренько выступает с гастролями то здесь то там. Членский взнос в Мирсовет, конечно, кусается, но если смотреть на него как на страховой полис, то вполне может быть, что овечка будет стоить выделки. Ну, и Газу на светских раутах в этом клубе, конечно, никто обсуждать не собирается. А на что пойдут доходы от продажи, все прекрасно понимают без объяснений.
❝ — Граждане! — сказал Остап, открывая заседание. — Жизнь диктует свои законы, свои жестокие законы. Я не стану говорить вам о цели нашего собрания — она вам известна. Цель святая. Отовсюду мы слышим стоны. Со всех концов нашей обширной страны взывают о помощи. Мы должны протянуть руку помощи, и мы ее протянем. Одни из вас служат и едят хлеб с маслом, другие занимаются отхожим промыслом и едят бутерброды с икрой. И те и другие спят в своих постелях и укрываются теплыми одеялами. Одни лишь маленькие дети, беспризорные дети, находятся без призора. Эти цветы улицы, или, как выражаются пролетарии умственного труда, цветы на асфальте, заслуживают лучшей участи. Мы, господа присяжные заседатели, должны им помочь. И мы, господа присяжные заседатели, им поможем.❞
Канадский премьер-министр рубанул правду-матку сегодня в Давосе.
[Начал на французском]
Для меня одновременно и честь, и долг быть сегодня с вами в этот переломный момент, который переживают Канада и весь мир.
Сегодня я хочу поговорить о разрыве мирового порядка, о конце приятной фикции и начале суровой реальности, в которой геополитика — геополитика великих держав — больше не знает ни пределов, ни ограничений.
В то же время я хочу сказать вам, что другие страны, особенно средние державы, такие как Канада, не являются бессильными. У них есть способность выстроить новый порядок, который вобрал бы в себя наши ценности — уважение прав человека, устойчивое развитие, солидарность, суверенитет и территориальную целостность различных государств.
Сила тех, у кого меньше силы, начинается с честности.
[Карни снова переходит на английский]
Каждый день нам, кажется, напоминают, что мы живём в эпоху соперничества великих держав, что основанный на правилах порядок размывается, что сильные делают то, что могут, а слабые терпят то, что должны.
И этот афоризм Фукидида преподносится как неизбежный, как естественная логика международных отношений, вновь утверждающаяся в своих правах.
И, сталкиваясь с этой логикой, страны часто склонны «плыть по течению»: приспосабливаться, избегать проблем, надеяться, что покорность обеспечит безопасность.
Но этого не произойдёт.
( длинно )
У сильных есть их сила.
Но и у нас есть кое-что — способность перестать притворяться, называть реальность, укреплять себя у себя дома и действовать вместе.
Это путь Канады. Мы выбираем его открыто и уверенно, и этот путь открыт для любой страны, готовой пойти по нему вместе с нами. Большое спасибо.
Держиморды атакуют
Профессорское кубло в очередной раз бурлит. В Кнессет внесены поправки к закону 1958 о Совете по Высшему Образоватию (МАЛАГ), попирающие вашу и нашу свободу.Я слаб по части израильского (да и вообще любого) юридического языка, на котором написан и сам закон, и поправки к нему, пришлось идти на поклон к Гроше, чтоб тот пояснил мне, в чём конкретно состоят вносимые изменения. ( Разговор с фининспектором о поэзии )
Пиздючий всё же народ это профессорьё. Неважно, по какому поводу, им главное — поорать "Долой правительство!".
Вот вы помните, как вы выбрасывали мусор 10-20-30-40 и тд лет назад?
Я помню, как сам выносил мусор в 1970 году и как это было организовано в Магнитогорске, я помню как был организован вопрос с мусором по всем адресам в Америке, где мне пришлось жить, НО я не помню как было организовано мусорное дело в Переславле с 1987 по 1997 годы по адресу нашего проживания.
Мы жили в пятиэтажке, новой пятиэтажке, был ли там мусоропровод или во дворе был какой-то контейнер, куда нужно было самим выносить мусор? Не помню! Какое-то слепое пятно в памяти!
We're taking part in Copyright Week, a series of actions and discussions supporting key principles that should guide copyright policy. Every day this week, various groups are taking on different elements of copyright law and policy, and addressing what's at stake, and what we need to do to make sure that copyright promotes creativity and innovation.
Imagine every post online came with a bounty of up to $150,000 paid to anyone who finds it violates opaque government rules—all out of the pocket of the platform. Smaller sites could be snuffed out, and big platforms would avoid crippling liability by aggressively blocking, taking down, and penalizing speech that even possibly violates these rules. In turn, users would self-censor, and opportunists would turn accusations into a profitable business.
This dystopia isn’t a fantasy, it’s close to how U.S. copyright’s broken statutory damages regime actually works.
Copyright includes "statutory damages,” which means letting a jury decide how big of a penalty the defendant will have to pay—anywhere from $200 to $150,000 per work—without the jury necessarily seeing any evidence of actual financial losses or illicit profits. In fact, the law gives judges and juries almost no guidelines on how to set damages. This is a huge problem for online speech.
One way or another, everyone builds on the speech of others when expressing themselves online: quoting posts, reposting memes, sharing images from the news. For some users, re-use is central to their online expression: parodists, journalists, researchers, and artists use others’ words, sounds, and images as part of making something new every day. Both these users and the online platforms they rely on risk unpredictable, potentially devastating penalties if a copyright holder objects to some re-use and a court disagrees with the user’s well-intentioned efforts.
On Copyright Week, we like to talk about ways to improve copyright law. One of the most important would be to fix U.S. copyright’s broken statutory damages regime. In other areas of civil law, the courts have limited jury-awarded punitive damages so that they can’t be far higher than the amount of harm caused. Extremely large jury awards for fraud, for example, have been found to offend the Constitution’s Due Process Clause. But somehow, that’s not the case in copyright—some courts have ruled that Congress can set damages that are potentially hundreds of times greater than actual harm.
Massive, unpredictable damages awards for copyright infringement, such as a $222,000 penalty for sharing 24 music tracks online, are the fuel that drives overzealous or downright abusive takedowns of creative material from online platforms. Capricious and error-prone copyright enforcement bots, like YouTube’s Content ID, were created in part to avoid the threat of massive statutory damages against the platform. Those same damages create an ever-present bias in favor of major rightsholders and against innocent users in the platforms’ enforcement decisions. And they stop platforms from addressing the serious problems of careless and downright abusive copyright takedowns.
By turning litigation into a game of financial Russian roulette, statutory damages also discourage artistic and technological experimentation at the boundaries of fair use. None but the largest corporations can risk ruinous damages if a well-intentioned fair use crosses the fuzzy line into infringement.
“But wait”, you might say, “don’t legal protections like fair use and the safe harbors of the Digital Millennium Copyright Act protect users and platforms?” They do—but the threat of statutory damages makes that protection brittle. Fair use allows for many important re-uses of copyrighted works without permission. But fair use is heavily dependent on circumstances and can sometimes be difficult to predict when copyright is applied to new uses. Even well-intentioned and well-resourced users avoid experimenting at the boundaries of fair use when the cost of a court disagreeing is so high and unpredictable.
Many reforms are possible. Congress could limit statutory damages to a multiple of actual harm. That would bring U.S. copyright in line with other countries, and with other civil laws like patent and antitrust. Congress could also make statutory damages unavailable in cases where the defendant has a good-faith claim of fair use, which would encourage creative experimentation. Fixing fair use would make many of the other problems in copyright law more easily solvable, and create a fairer system for creators and users alike.
Я и не подозревала, что во Франкфурте в воскресенье вечером так людно.
В начале года хочется активной жизни. Инстаграм подсунул мне рекламу концерта оркестра Венской филармонии в Альте Опер Франкфурта. Играли Штрауса. Несмотря на дороговизну билетов, я уговорила мужа и нашу подругу дома на выход в люди.
У меня еще оставался «незакрытый гештальт»: Когда-то в Стамбуле мы с мужем забрели в кальянную на открытой веранде и попыхали вкусным яблочным табаком, попивая яблочный же чай и развалясь на мягких подушках в восточной неге. Мне это так понравилось, что все время хотела повторить, но никак не находилось то времени, то места. И вот к воскресенью я подошла во всеоружии: выбрала по рецензиям самое приемлемое заведение с шишей (так у нас кальян называют) поближе к опере и мы туда заглянули. Ну что сказать… И табак яблочный и вентиляция хорошая, но гений места не победить. В Турции все это было уместно и приятно. А тут, в интерьере стандартного кафе даже вкус яблока в табаке отдавал химозой. А может ею и был. Мы даже все до конца втроем не вытянули, убежали гулять. Но зато больше не хочется.
Прошлись по центру до Оперы и с удивлением увидели, что за 40 минут до начала довольно живенько прибывает публика. Билеты у нас были на балкон (при покупке выбора особого не было, хотя в итоге зал был заполнен процентов на 80) и капельдинерша посоветовала нам раздеться в гардеробе прямо там. И это был отличный совет. Потому что во все остальный раздевалки стояли длинные и толстые очереди. Большой зал - он не очень большой, но удобный, с хорошим обзором из любого места и отличной акустикой. Очки я не взяла, поэтому оркестр и подтанцовку наблюдала в по импрессионитски размытом виде.
Музыка первого отделения была мне абсолютно незнакома, но Штраус сам по себе узнаваем стилистически и эти вибрации будят хорошее состояние души. Я не разбираюсь в музыке, только слушаю. Мне понравилась одна полечка - такая забавная, что я даже смеялась, слушая. Названия не помню и еще раз услышав - не узнаю это все тот же гений места))
В антракте публика ломанулась в буфеты и, глядя на эти очереди и на цены, я радовалась, что нам туда не надо (dry january продолжается).
Зато второе отделение принималось зрителями гораздо теплее. Да и мелодии зазвучали знакомые. Для меня стало открытием, что всемирно знаменитый канкан - это часть одной из кадрилей Йохана Штрауса сына. Не обошлось без Дунайских волн под овации, а финалом исполняли Марш Радецкого. И еще раз на бис.
Мы все втроем остались концертом очень довольны. Только домой вернулись поздно - почти в 11. Поэтому понедельник был, хоть и не blau, но довольно сонный. Такова цена культурных удовольствий.
💾 The Worst Data Breaches of 2025—And What You Can Do | EFFector 38.1
Jan. 20th, 2026 07:14 pm![[syndicated profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/feed.png){kind=small}
eff_feedSo many data breaches happen throughout the year that it can be pretty easy to gloss over not just if, but how many different breaches compromised your data. We're diving into these data breaches and more with our latest EFFector newsletter.
Since 1990, EFFector has been your guide to understanding the intersection of technology, civil liberties, and the law. This latest issue tracks U.S. Immigration and Customs Enforcement's (ICE) surveillance spending spree, explains how hackers are countering ICE's surveillance, and invites you to our free livestream covering online age verification mandates.
Prefer to listen in? In our audio companion, EFF Security and Privacy Activist Thorin Klosowski explains what you can do to protect yourself from data breaches and how companies can better protect their users. Find the conversation on YouTube or the Internet Archive.
EFFECTOR 38.1 - 💾 THE WORST DATA BREACHES OF 2025—and what you can do
Want to stay in the fight for privacy and free speech online? Sign up for EFF's EFFector newsletter for updates, ways to take action, and new merch drops. You can also fuel the fight to protect people from these data breaches and unlawful surveillance when you support EFF today!
Earlier this month, Iran’s internet connectivity faced one of its most severe disruptions in recent years with a near-total shutdown from the global internet and major restrictions on mobile access.
EFF joined architects, operators, and stewards of the global internet infrastructure in calling upon authorities in Iran to immediately restore full and unfiltered internet access. We further call upon the international technical community to remain vigilant in monitoring connectivity and to support efforts that ensure the internet remains open, interoperable, and accessible to all.
This is not the first time the people in Iran have been forced to experience this, with the government suppressing internet access in the country for many years. In the past three years in particular, people of Iran have suffered repeated internet and social media blackouts following an activist movement that blossomed after the death of Mahsa Amini, a woman murdered in police custody for refusing to wear a hijab. The movement gained global attention and in response, the Iranian government rushed to control both the public narrative and organizing efforts by banning social media and sometimes cutting off internet access altogether.
EFF has long maintained that governments and occupying powers must not disrupt internet or telecommunication access. Cutting off telecommunications and internet access is a violation of basic human rights and a direct attack on people's ability to access information and communicate with one another.
Our joint statement continues:
“We assert the following principles:
- Connectivity is a Fundamental Enabler of Human Rights: In the 21st century, the right to assemble, the right to speak, and the right to access information are inextricably linked to internet access.
- Protecting the Global Internet Commons: National-scale shutdowns fragment the global network, undermining the stability and trust required for the internet to function as a global commons.
- Transparency: The technical community condemns the use of BGP manipulation and infrastructure filtering to obscure events on the ground.”
Read the letter in full here.
The truth is out there
Уильям Джеймс в "Многообразии религиозного опыта" рассказывает об опыте людей, испытавших эффект присутствия. В частности, со слов его знакомого,
"Я уже был в постели и погасил свечу. Меня охватило раздумье о пережитом мною в прошлую ночь; вдруг я почувствовал, как что-то вошло в мою комнату и остановилось у моей постели. Это продолжалось не больше двух минут. Я познал это без помощи моих обычных чувств; вместе с тем я весь был потрясен особым «ощущением», невыразимо гнетущего характера. Оно задело во мне глубины моего бытия сильнее, чем обычные восприятия. Как будто что-то с болью разорвалось внутри меня — особенно это ощущалось в груди. И скорее это был ужас, чем боль. Несомненно, нечто было возле меня, и в его присутствии я меньше сомневался, чем в существовании людей, состоящих из плоти и крови. И об исчезновении его я так же отчетливо узнал, как о его приходе; оно мгновенно исчезло через двери, и в тот же миг "ужасное ощущение" рассеялось."
Я думаю, именно такого рода субъективные переживания и стали основой дискурса о привидениях. Рассказы о том, что кто-то видел тень или слышал вздох - скорее попытка рационально объяснить, как именно человек почувствовал присутствие; но изначальным было именно оно. Похоже, у некоторых из нас есть способность воспринимать внетелесное - посредством внетелесного, - то есть, напрямую. При таком взаимочувствовании невозможно общение словами или мыслями, - общение заключается именно в том, чтобы просто побыть рядом.
Мне очень нравится подход Уильяма Джеймса - он писал еще в те времена, когда случаи проявления сверхъестественного еще можно было обсуждать в академическом сообществе.
В более поздний период изучать такое стало возможным только под видом исследования психологического восприятия свидетелей. От вопроса "действительно ли оно" фокус сместился на "почему людям кажется, что они это воспринимают". Один из немногих исследователей, кто под защитой такого подхода не побоялся заявить о возможности существования "сверхъестественного" - Ян Претимэн Стивенсон (1918-2007), американский психиатр, директор Отдела исследований восприятия в Медицинской школе Университета Вирджинии.
Стивенсон собрал более 3000 свидетельств детей, помнящих предыдущую жизнь, многие случаи критически проанализировал и проверил, и пришел к выводу, что наиболее вероятное объяснение - что дети говорят правду. Ссылки на некоторые статьи Стивенсона - в статье о нем в Википедии; одна из его книг была переведена на русский - "Реинкарнация. Исследование европейских случаев, указывающих на перевоплощение" (European Cases of the Reincarnation Type, 2003).
Fabian 2026
Вот уже какую неделю спасаю мир.
Если человечество увидит, что сюда валится из стёртого, то впадёт в депрессию. Если какой нечеловеческий ум, пролетая мимо на межгалактическом звездолёте, случайно глянет на поток (к счастью, стёртых мной) комментариев, то решит, что род человеческий достиг тупика в развитии и надо бы очистить планету для предотвращения последствий самоуничтожения.
Что удручает -- это безмерная тупость оппонентов и полное отсутствие чувства юмора. Часто ещё умноженная на стратегию известного персонажа: "Я вас обвиню в чём мне хочется, а ответов читать не буду. Зачем мне знать на этот счёт ваше собачье мнение!"
Вот, скажем, приходят оспорить тезис о дури борьбы с русским языком -- так гонят в бездарном пересказе портниково-галковскую гебешную муть, из которой уши заслуженного провокатора КГБ торчат так, что видно за километр.
Нет бы включить мозги и что-то красивое написать самим.
Например,( Read more... )
Герои беcкультурного фронта
Вот уже какую неделю спасаю мир.
Если человечество увидит, что сюда валится из стёртого, то впадёт в депрессию. Если какой нечеловеческий ум, пролетая мимо на межгалактическом звездолёте, случайно глянет на поток (к счастью, стёртых мной) комментариев, то решит, что род человеческий достиг тупика в развитии и надо бы очистить планету для предотвращения последствий самоуничтожения.
Что удручает -- это безмерная тупость оппонентов и полное отсутствие чувства юмора. Часто ещё умноженная на стратегию известного персонажа: "Я вас обвиню в чём мне хочется, а ответов читать не буду. Зачем мне знать на этот счёт ваше собачье мнение!"
Вот, скажем, приходят оспорить тезис о дури борьбы с русским языком -- так гонят в бездарном пересказе портниково-галковскую гебешную муть, из которой уши заслуженного провокатора КГБ торчат так, что видно за километр.
Нет бы включить мозги и что-то красивое написать самим.
Например,( Read more... )
Все ждали, но решения по тарифам сегодня нет. Верховный суд США опубликовал в среду три решения, но не вынес постановления по делу о глобальной тарифной политике президента Дональда Трампа.
У меня такое ощущение, что Трамп делает всё для того, чтобы у него отобрали право на тарифы.
Back in 2017, I graded Trump’s first 100 days and I followed in 2018 by grading his first year.
So let’s grade the first year of Trump’s encore presidency and we’ll start with this report card.
As you can see, I’m only grading Trump’s economic performance. As such, I’m not penalizing him for random craziness (invade Greenland?!?).
Here’s my short-and-sweet assessment of his five classes:
- Fiscal policy – The good news is that the 2017 tax cuts were extended and at least one good additional tax reform (moving closer to expensing) was added. The bad news, sticking with tax policy, is that he partially reversed one of his best first-term accomplishments (restricting the state and local tax deduction) and also added a bunch of goofy tax loopholes. Looking at government spending, he has very little interest in restraining the long-run burden of spending, though there were some Medicaid reforms in his big budget bill last year.
- Monetary policy – Like most populists, Trump has an unfortunate knee-jerk desire for easy money. Such policies are popular in the short run (the “sugar high“) but are also a recipe for higher prices and/or financial bubbles in the medium/long run. He wants to depose the current Chairman of the Federal Reserve (who has a pro-inflation track record) because he wants someone even more willing to turn on the figurative printing press.
- Regulatory policy – This is Trump’s best area. He instinctively opposes red tape and he has given a green light for his appointees to (mostly) follow a deregulatory agenda.
- Rule of law – It’s hard to grade this area. On the positive side, his judicial appointments have largely issued good rulings. On the negative side, Trump governs like there are no rules and norms.
- Trade policy – If it was possible to get a grade lower than zero, Trump would qualify. He has been much worse so far in his second term than in his first term.
Though I’m not sure whether to categorize his socialism as bad fiscal policy or bad regulatory policy, so one of his grades should be lower.
Now let’s augment my grades with some observations from others.
We’ll start with a column in the Washington Post by Matthew Lynn, a right-of-center pundit from the United Kingdom.
Trump I is starting to look a lot better. Compared to Trump II, the administration was pro-market and pro-enterprise, neither of which can be claimed for the president’s second term. The Trump presidency of 2017 to 2021 certainly had plenty of flaws. But it was arguably the most business friendly administration Washington D.C. had seen since President Ronald Reagan’s in the 1980s.
It may have been characteristically chaotic at times, but there was a serious drive to liberalize the economy, cut regulations, control spending and encourage investment and entrepreneurship. The corporate tax rate was slashed from 35 percent to 21 percent, taking it from one of the highest in the world to one more in line with the global average. …Trump II has been very different. The signature economic policy has been the steepest tariffs imposed by an American government since the 1930s. …The president needs to recover some of the free market drive of his first term. He needs to remind himself of all the things that frustrated him when he was a business guy and start doing something about them. If he doesn’t, his second term will continue to flounder.
For what it’s worth, I think his assessment of Trump’s first term is far too favorable. He’s completely wrong, for instance, about there being “a serious drive to…control spending” in Trump’s first term.
But I agree that the second term seems to be worse.
Now let’s look at some more observations.
Here’s a horrifying – but accurate – headline from NBC.
By contrast, here’s a tweet that should warn the hearts of taxpayers.
Here’s a tweet confirming that Trump is not overseeing a reduction in the size and scope of government.
Here’s a semi-upbeat assessment from Charles Murray.
And here’s an article in Reason that is very dour.
That column included a lot of attention to areas other than economic policy, as libertarians are wont to do.
But if you are a traditional conservative, this tweet from Ryan Ellis should leave you somewhat nauseous.
I’ll close with the observation that Kamala Harris presumably would be trying for a 0.0 grade-point average (though maybe higher since hopefully she wouldn’t be so insanely wrong on trade), so some people will be comforted by Trump being in the White House.
On the other hand, if you expect that Trump’s chaotic governing style and policy mistakes will lead to Democrats having control of both Congress and the White House after the 2028 elections, than it’s quite possible that his second term will wind up leading to worse long-run policy than if Harris had prevailed (a theory I explained in 2012).